Авторизация У нас бесплатно модули и шаблоны DLE скачать Веб-шаблоны премиум класса бесплатно
 
 
  • 18:53 – Ответ администрации президента о Конституции СССР 
  • 22:39 – Всё ещё платите за занавески и новые парты?! 
  • 19:44 – Ответ ГА РФ об отсутствии у них указов президента СССР 
  • 10:20 – Ответ ЦБ Народному суду СССР 

Сталин гений или пророк?!

Просмотр Вами рекламных объявлений, помогает развивать и поддерживать сайт.

Иосиф Сталин глазами писателя Максима Горького

ВВЕДЕНИЕ:

Начало XX века ознаменовалось для России двумя мощными антирусскими восстаниями. Чрезмерное участие в обоих приняли лица «некоренной национальности». Они, «пламенные революционеры», называли Россию «этой страной», а русских — «этим народом». В своих мировых планах они отводили России роль полена, предназначенного сгореть в печке «перманентной революции». Ещё живы люди, не забывшие ни «красного террора», ни расказачивания, ни борьбы с «русским фашизмом». А сколько лет неоглядная русская провинция замирала от ужаса, услыхав: «Латыши идут!» Эти «железные стрелки» не понимали ни слова по-русски и умели лишь нажимать на курок маузера.

Сталин гений или пророк?!

Сталин остановил этот истребительный беЗпредел. Мало того, он обрушил на головы палачей меч справедливого возмездия. Авторы геноцида русского народа получили по заслугам.

Непревзойдённый труженик на высочайшем государственном посту, Сталин создал государство, о котором мечтали поколения утопистов: с бесплатным образованием и лечением, с необыкновенной социальной защищенностью трудового человека.

В СССР господствовал закон: «Вор должен сидеть, а предатель — висеть!» Благодаря титаническим усилиям Сталина появилась на планете наша советская цивилизация.

Постижению этих сложных и порой умопомрачительных явлений писатель Николай Кузьмин посвятил своё документально-художественное повествование «Возмездие. Часть I. Последний полет Буревестника»


Итак, рассказ Николая Кузьмина: "Иосиф Сталин глазами писателя Максима Горького".

Став негласным наркомом советской культуры, Горький часто принимал Вождя в своём особняке у Никитских ворот. Сначала Иосиф Виссарионович приезжал с друзьями по Политбюро, затем стал заезжать один. Ему нравились спокойные неторопливые беседы у огня камина. Два собеседника разговаривали как бы на равных — без малейших опасений промолвить слово невпопад. Ни тому и ни другому не надо было ничего рассказывать о нищете: оба знали горький хлеб лишений, с этим родились, на этом выросли. Сталина привлекала поддержка Горьким его дерзких планов преобразования села. Такого, как теперь в СССР, не было нигде и никогда. Прежде гордились тем, что кормили хлебом Европу, а у самих от голода вымирали волостями и уездами. Мужика-единоличника пришлось носом совать в выгоду коллективного труда (как некогда в полезность картофеля). Колхозная молодежь впервые узнала вкус занятий спортом, приохотилась к избе-читальне, по деревням запела клубная самодеятельность. Алексей Максимович поверил, что своими глазами увидит колхозных стариков, сидящих на завалинках с книжками в руках.

Изъяны коллективизации? К сожалению, обойтись без этого не удалось. Сказывалась необыкновенность затеваемых перемен, имело место и головотяпство, ретивое усердие обыкновенных дураков. Власть в таких случаях действовала жестоко, отшибая охоту навсегда. (О сознательном вредительстве тогда ещё не говорилось в полный голос, но фигура государственного дурака, наделённого властью, уже вставала во весь рост. Дурак, да ещё с партбилетом — страшно представить, что он способен натворить!)

Задумчиво уставившись на огонь камина, Иосиф Виссарионович тогда признался, что сельскому населению придётся стать единственной колонией страны, — программа индустриализации будет осуществляться исключительно за счет совхозов и колхозов. Денег советской власти брать совершенно негде (не в долги же за границей залезать!). Резерв один-единственный — внутренний: затягивать потуже пояса.

— Ради такого не грех и демократией поступиться, — поддержал Горький.

Демократия... Это слово заставило Сталина завозиться в кресле. Он достал из кармана трубку, выколотил её в камин. Набивая трубку табаком, он по привычке завесился бровями.

Демократия... Прогрессивная общественность... Демос... Власть и воля народа... Заигранная пластинка демагогов!

В Библии, книге основательной и древней, это модное словечко употребляется трижды. Да, о демократии толковали уже тогда, в библейские времена. Кто не знает о судьбе правоверного Лота с дочерьми? Эти несчастные пытались убежать от разъяренной толпы с кольями и дубинами. Так вот Священное Писание именно эту дикую толпу и называет «демократией» (волей народа). А судьба Иисуса Христа? Когда Понтий Пилат вышел на балкон дворца, он объявил собравшейся толпе, что не нашёл на задержанном никакой вины. В ответ толпа взревела: «Распни его, распни!» И Пилату ничего не оставалось, как умыть руки. Воля народа! В третий раз о демократии упоминается снова в связи с судьбой Христа. Когда его вели на казнь и он тащил свой крест, толпа иудейской черни бросала в него камнями, тыкала щепками, таскала его за волосы и плевала ему в лицо. Священное Писание также называет этот произвол толпы демократией.

Нерусское само это слово — демократия. Его затащила с Запада наша не шибко образованная интеллигенция. Россия всегда стояла на соборности. Соборность — это обязательное внимание к мнению других. Это разумный подход к любой проблеме с учетом реального, возможного. А демократия... Если разобраться, это диктатура не большинства, а меньшинства. А если начистоту — это не что иное, как диктатура подонков. Не дай нам Бог такой демократии!

О сносе храма Христа Спасителя Москва и шепталась, и шумела.

Иосиф Виссарионович, рассуждая на эту тему, в очередной раз поразил Горького глубиной своего ума и обширностью знаний.

Владимир Святой, приняв христианство и сбросив Перуна в Днепр, переломил историю нашего народа. Вместе с язычеством в прошлое канул едва ли не самый значительный период русичей. Учёные с какой-то стати считают начало русской государственности с варяжского князя Рюрика. Но это же всего лишь наш вчерашний день!

Доказательства? Хотя бы древний документ, известный как «Грамота Александра Македонского». В нём содержатся сведения о царстве братьев Руса и Словена, территория которого простиралась от Адриатического моря до Северного Ледовитого океана.

Что мы знаем о том периоде? Да, в сущности, ничего! Тёмный провал. Наши знания начинаются с подвигов князя Святослава, сокрушившего Хазарский каганат. А если покопаться в летописях поосновательней, то выявится, что держава русов существовала задолго до могущественного Рима!


К христианству, навязанному русичам, Сталин относился с точки зрения тогдашней исторической обстановки. Это была идеология нового государственного образования. Именем Христа эта идеология сплотила племена, постоянно враждовавшие одно с другим и не признававшие власть киевского князя. А интересы выживания в окружении сильных недругов настоятельно требовали единства и сильной руки Вождя, т.е. самодержавия.

Новая идеология породила и великую литературу. «Поучение Владимира Мономаха» впервые отвергло идею личного спасения, а исключительно — общего, соборного. Сто лет спустя Даниил Заточник осудил деление на богачей и бедняков и высказал желание укрепления высшей власти путём культуры, просвещения...

Значение христианства для русского народа неоспоримо. Пример Спасителя, принявшего смерть на кресте, породил понятие подвига, т.е. самопожертвования во имя общего блага. «Отдать жизнь за друга своя!» Отсюда несгибаемость русских в самых жестоких испытаниях. Недаром наши враги убеждены, что русского недостаточно убить, его надо еще и повалить.

К сожалению, за пролетевшие столетия христианство выродилось совершенно. Причем не только католичество, но и православие. Церковь целиком и полностью перешла на сторону богатых и тем самым предала заветы Спасителя. Эта измена погубила авторитет церкви в глазах народа. Достаточно почитать гневные проповеди нашего русского пророка протопопа Аввакума. Угодничество перед властью заставило верующих видеть в попе обыкновенного чиновника в рясе — в дополнение к исправнику или становому приставу. Потому-то церковь и постигла судьба самодержавия. Ведь кресты с храмов сбрасывали вовсе не евреи, на купола лез крещеный народ.

Храм Христа Спасителя жалко, как памятник истории и архитектуры. Если бы он не возвышался в самом центре столицы! Сейчас Страна Советов обрела совершенно новую Веру, новую Религию — марксизм-ленинизм. И в центре Москвы должен стоять величественный храм новой Веры: грандиозный Дворец Советов.

palace-of-the-soviets
Дворец Советов – самый крупный неосуществленный проект советской Москвы 1930-1940-х годов. Этот комплекс предназначался для размещения в нём административного здания, места для сессий Верховного Совета СССР и многофункционального зала массовый действий. Источник: http://zanostroy.ru/news/2013/05/3095.html

— Что по-настоящему жалко, — признался Иосиф Виссарионович, — так это Садового кольца. Там же белки прыгали. Недоглядел...

— Мы, большевики, — рассуждал Сталин, расхаживая перед камином, — мы не должны забывать, что русские цари сделали одно большое дело — они сколотили огромное государство от Варшавы до Камчатки. И мы получили это государство в наследство. Так что же — разбазаривать? Продавать? Затевать гешефты? Дескать, на наш век хватит. Нет, эта политика вредная. Подлая, я бы сказал!

Горький напомнил о Портсмутском мире: отдали и Курилы, и половину Сахалина.

Иосиф Виссарионович поморщился:

— Никудышный был царишка. Не на свое место сел. Ему бы отказаться от престола ещё в году... в году... Да лет пяток бы поцарствовал и хватит! И для него лучше вышло бы, и для...

Не договорив, он махнул рукой.

— Но посмотрите на аристократию. Это же целый класс управителей. Народ отборный, подготовленный. Главное — с чувством хозяина. Хозяина страны. А это очень важно!

— А князь Курбский? — напомнил Горький.

— В семье не без урода, — отмахнулся Сталин. — И Курбский, и бояре-изменники при Лжедмитрии. Все — так. И — все же! Этот класс чувствовал, что на его плечах лежит страна. Вот это я и называю чувством хозяина... Когда у нас такие вырастут? Чтобы не боялись ни царя, ни Бога, ни дьявола. За дело — на плаху головой! Нет таких пока. Так и смотрят в рот. Даже зло берет. Иногда нарочно скажешь ему: «чёрное» и он, как попугай: «да, да, дорогой товарищ Сталин, чёрное».

— Мне кажется, что Серго Орджоникидзе...

— О Серго я не говорю. Артем, Киров, Куйбышев... Но мало, мало. Ах, как мало! Скажешь — сделают. Не скажешь — так всё и останется. Что это? Привычка к барину? Необходимость пастуха? А если с пастухом вдруг что-нибудь случится?

Именно в этот вечер Иосиф Виссарионович развил перед писателем свою мечту о клане руководителей, об отборе лучших, самых лучших, своего рода партийном ордене меченосцев, которые не убоялись бы ответственности и могли взвалить на свои плечи руководство огромнейшей страной.

В такие редкие минуты откровений Алексей Максимович с тревогой ощущал удручающую одинокость этого великого человека...

Алексей Максимович считал, что Вождь, как несостоявшийся священник, не только прекрасно знает, но и почитает Книгу Книг — Библию. Он часто в разговоре приводил библейские примеры... К удивлению писателя, Сталин решительно запротестовал насчет почитания Книги Книг.

— Это же всего лишь история еврейского народа.И — только! Весь материал сосредоточен вокруг Палестины. Но вспомните — что такое Палестина? Тогдашнее захолустье. Где история Китая? А Индии? Японии, наконец. Или взять такую, например, страну, как Тибет. Или Корею... Помедлив, он сообщил: недаром император Николай I запретил издавать Библию в полном объеме, с Ветхим Заветом во главе. Он уже тогда, после восстания декабристов, сообразил, что во всемерном выпячивании Библии имеется скрытый умысел. Иными словами, понимал зловредное влияние сионизма.

Горький напомнил Сталину о Петре Великом, который распорядился сначала перелить колокола на пушки, а затем вообще отменил такой важный институт, как патриаршество, т.е. поставил церковь во фрунт, превратив её в обыкновенный департамент.

Наставив на собеседника трубку, словно пистолет, Иосиф Виссарионович внезапно спросил: — А вы видите нынче место для священника на строительстве Днепрогэса или Магнитки? А в Красной Армии? А в колхозе? Не знаю, может быть, у меня что-то со зрением, но я — не вижу!.. Ну, разве где-нибудь в больнице, среди умирающих... Не знаю, не знаю...

<...>

В конце 20-х годов ХХ века Сталин, как известно, вёл упорную борьбу за командные высоты. Потерял своё место во главе Ленинграда фанфаронистый Григорий Зиновьев, удалось спровадить за границу велеречивого Лейбу Троцкого. Атмосфера в партии постепенно очищалась. В промышленности сторонниками Генерального секретаря по-прежнему являлись Орджоникидзе и Куйбышев. Наркомом обороны стал Ворошилов. В идеологии день ото дня росло значение вернувшегося Горького. Больным местом оставалась Лубянка. После внезапной смерти Дзержинского ведомство внутренних дел возглавил Вячеслав Менжинский, больной и разнообразно развращенный человек. Пользуясь его беспомощностью, власть на Лубянке неторопливо забирал Гершель Ягода.

Идеологии Сталин всегда придавал первостепенное значение. «Сначала было Слово...» Сталин прочитывал всё (или почти все), что печаталось в толстых журналах, хорошо знал театральный репертуар, а новинки советской кинематографии выходили в прокат только после его одобрения — Генеральный секретарь просматривал все кинофильмы.

Когда в 1939 году в Европе разразилась Вторая Мировая война, между Сталиным и послом СССР в Швеции Александрой Коллонтай состоялась доверительная беседа, в ходе которой Вождь сказал слова, смысл которых в полной мере раскрылся лишь через полвека после его смерти.  Учитывая слова приведённые ниже, возникает закономерный вопрос

- Сталин гений или пророк?!



ИСТОЧНИК
рейтинг: 
Оставить комментарий
  • Сегодня
  • Читаемое
  • Комментируют